Из переписки о файле Высоцкий. Тот, который не стрелял.

- Я всё думал-думал и пришёл к выводу, что нехорошее слово - самодеятельность - я выбрал для своего смотрения на Наташу.

Чем заменить, пока не знаю. Ибо я имел в виду духовную самодеятельность.

Наташа занималась туризмом и песнями. И все, кто с нею этим занимались, занимались этим в ущерб, В УЩЕРБ, сперва учёбе, а потом - работе. А когда они женились или выходили замуж, то В УЩЕРБ семье и работе этой самодеятельностью они не занимались.

Наташа мечтала, что мы с нею уедем на Север в какое-то место, где дверей не запирают люди и почтовый ящик один на селение. Для того, мол, она и занималась туризмом, чтоб подготовиться к такой САМООТВЕРЖЕННОЙ жизни. Работа в том гипотетическом селении имелась в виду какая-то героическая, требующая личной самодеятельности на общее благо - типа полярный лётчик (совсем мечта, ну, может, инженерам где-то можно прилепиться тоже).

Смейся, но такая она была. На такую её я смотрю, когда сказал САМОДЕЯТЕЛЬНОСТЬ.

Эта самодеятельность в духе, не в теле, так сказать. Тело ограничивается каким-то мизерным потреблением, которое не находится ни в центре внимания, ни влияет на жизнь.

Так что я подозреваю, что всё, что ты пишешь, не имеет отношения к тому, что я сказал. А то, что я сказал, в результате есть непродуманность.

Сам я тоже был за самодеятельность, направленную уже ближе к делу - на работу. Если б отбросить оскомину и отнестись серьёзно, то эта самодеятельность должна была б по-настоящему называться так БРИГАДЫ КОММУНИСТИЧЕСКОГО ТРУДА, в которых мы бы занимались тем, к чему призывал Ленин комсомольцев в 1918 году - УЧИТЬСЯ, УЧИТЬСЯ и УЧИТЬСЯ коммунизму. Я даже стенгазету такую выпускал - ИДЕИ КОММУНИЗМА - В БЫТ И В БУДНИ.

Мы должны были б, работая, самосовершенствоваться в работе с прицелом на превращение труда. В ПЕРВУЮ НЕОБХОДИМОСТЬ. То есть вся наша самодеятельность должна была быть нацелена на БУДУЩЕЕ. А НАСТОЯЩЕЕ оставалось бы больше для имеющегося начальства, желательно, прислушивающегося к нашим шевелениям. Скажем, если мы придумали для устранения монотонности чередование на рабочих местах - чтоб этому не мешали. Скорее ТВОРЧЕСКАЯ жизнь - эта самодеятельность, чем хозяйственная. Богу - богово, кесарю - кесарево. Мы - боги. Мы - витаем в облаках. А социалисты с человеческим лицом ползают по земле.

Я специально из "Двух тысяч слов" сделал выписки, в каждой из которых присутствует что-то от ЗЕМЛИ.

Вот они.

“Честностью добиться чего-либо было не возможно, а о вознаграждении по способностям нечего говорить”,

“даже и на деньги нельзя было полагаться”,

“упадок нашего хозяйства”,

“неразумных капиталовложениях, убытках торговли, нехватки жилплощади”,

“Источником общественных изменений является экономика”,

бедность”,

“нам плохо платят”,

“потребовать больше денег”,

“что бы нам объяснили, что и по какой цене хотят производить, кому и почем продавать, сколько, кто заработает, сколько денег уйдет на усовершенствование производства”.

Мы с Наташей тогда не читали “Две тысячи слов”, но наш спинной мозг чуял правду.

Был такой стиль в искусстве - романтизм. Философской основой его был солипсизм. Ты должен знать, что это такое. Есть - только мои ощущения, а не мир вовне. И я есть Я с большой буквы и полный царь в своём внутреннем мире. А внешний.... так... Перебьёмся.

Это стиль для выражения индивидуализма. И он повторяется в веках в идейном смысле этого стиля.

А есть ему противоположный стиль. Я его для себя назвал монтизмом. От слова ЛЕРМОНТОВ. (А Лермонтов для меня - я этого многократно доказал - не демонист - романтик в квадрате, а отталкивающийся от него. Демонизм у него - одно из пары противоречий. Другое - конкретность, ясность, полюс размытости романтика Жуковского-по-Гуковскому.)

Этот стиль тоже враг реализму, как и романтизм. Но второй - эгоизм, если одним словом и со стороны нравственности глядя. А первый - соборность, если одним словом и тоже со стороны нравственности глядя.

Их легко спутать.

Но они разно ориентированные.

Вот Наташа, я и Высоцкий сориентированы на монтизм.

Политически это получается левизна в социализме.

Смейся после этого.

- Я решил проверить, правильно ли мы с Наташей, понимая капитализм как - цитирую её - "прекрасную жизнь" (нам с нею не нужную), чуяли чехов со словами о социализме с человеческим лицом уходящими в итоге в капитализм.

Я набрал в поисковике ПРАЖСКАЯ ВЕСНА КОНКУРЕНЦИЯ и почитал http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Polit/Trav/31.php

Процитирую только маленький отрывок:

"Опыт всех последующих реформ, осуществленных в Центральной и Восточной Европе в 70-90-е гг., показал, как исходные представления о том, что такое хорошо и что такое плохо, быстро изменяются под воздействием обстоятельств. Рыночный социализм порождает макроэкономическую несбалансированность, а стремление населения к более обеспеченной жизни эволюционирует под воздействием западных стандартов потребления, которые начинают проникать в страну после падения железного занавеса. Уже события 1968 г., если судить по некоторым косвенным признакам, наводят на мысль, что сценарий постепенного перехода к капитализму имел хорошие условия для того, чтобы быть реализованным на практике. Во всяком случае, взгляды верхушки лидеров Пражской весны были уже не вполне социалистическими. [Windsor P., Roberts A. Czechoslovakia 1968. Reform, Repression and Resistance. N.Y., 1969, с. 9-10]"

Так что наш с Наташей спинной мозг оказался точным.

- Кроме диссидентов – адептов “социализма с человеческим лицом”, в СССР существовала ещё никому не известная кучка фальшивых “диссидентов”, называющих себя “левыми диссидентами”. В отличие от настоящих диссидентов, этих людей не посещали мысли о том, что истинный социализм несовместим с тоталитарной природой советского государства и с правом собственности, принадлежащим высшей номенклатуре (заметим в скобках, что настоящие диссиденты желали - но реально не знали, как - передать собственность народу; последующая практика - провал пражской весны и попыток обширной национализации в Западной Европе – показала, что это, по-видимому, невозможно в принципе). Этих людей волновала одна проблема: “слишком большое внимание государства к личности” (которое, как известно любому человеку, жившему в СССР, было и так довольно убогим, создавая, например, проблемы дефицита), которое, по мнению этих людей, приводило к настроениям мещанства и сосредоточении на погоне за материальными благами; протестуя (заметим в скобках, справедливо) против этого мещанского настроения, охватившего СССР, эти люди назвали себя “левыми”, противопоставляя себя настоящим диссидентам, которых они называли “правыми” - поскольку, по мнению этих фальшивых диссидентов, настоящие диссиденты требовали “большего внимания к личности”  (заметим в скобках, что и настоящие диссиденты были тоже озабочены нарастанием мещанского духа в странах “социалистического” лагеря – достаточно прочитать программный документ Пражской Весны “Две тысячи слов” Вацюлика – даже в значительно более благополучной в материальном отношении Чехословакии, в отличие от фальшивых диссидентов, они, однако, отличались значительно более глубокими аналитическими способностями и знанием и пониманием теории и экономической и политической практики социализма). Эти люди требовали ещё “мещанского внимания к личности” - на уровне государства, считая, что официальный курс на “духовные ценности” как АЛЬТЕРНАТИВУ “материальным” был бы достаточен для прихода к истинному социализму (без смены права собственности и отказа от тоталитаризма). Однако этим людям не приходило в голову, что в практическом плане такой курс реально означал бы ещё большее ухудшение материального положения населения и обострение проблемы дефицита  (не говоря о других, значительно более глубоких, вышеописанных проблем советского “социализма”) – который уже сам был сильной питательной почвой для усиления мещанских настроений  (обстоятельство, тонко отмеченное Воландом в “Мастере и Маргарите”, заметившем как советских людей ещё более “испортил квартирный вопрос”) – И, следовательно, ускорения обмещанивания населения (заметим в скобках, что, как известно, народ Чехословакии в 68 году, значительно более обеспеченный, чем советский, не был так охвачен мещанством, как СССР, и хотел преобразования  политарного характера общества в “истинно” социалистический, предпочитая в те годы социализм капитализму – и только лишь некоторые руководители Пражской Весны, стоявшие у штурвала экономических реформ, стали приходить к осознанию невозможности истинного социализма; через 20 лет социалистические иллюзии народа Чехословакии уже рассеялись). Таким образом, ОБЪЕКТИВНО, этих людей нельзя назвать ничем, кроме как “ПРАВЫЕ фальшивые диссиденты”.

В своих сочинениях г-н Воложин, причисляющий себя к этой кучке фальшивых диссидентов (про которую, на самом деле не известно, существовала ли она в реальности – за исключением г-на Воложина) делает упорные попытки причислить к этой группе людей Владимира Высоцкого – на основе “анализа” его песен в духе вышеописанной “идеологии”. Любой читатель, знакомый с творчеством Высоцкого, его личностью, его умом и талантом, легко может сделать свой вывод и о качестве “анализа”, и о глубине и качестве “идеологии”.

- Вот, почитай http://www.rosmolodezh.ru/index.php/2010-10-12-13-04-52/33/298-2010-10-13-10-27-23.html (а если файл не откроется, спроси кириллицей: История молодежного движения в России и динамика его развития), были ли мы с Наташей единственными на весь СССР. Набери Find-ом слово ПОИСКОВИК (Наташа ещё и им была, искала незахороненных в войне) и читай.

- НИГДЕ не нашёл, чтоб у кого-нибудь из них центральной идеей было именно “материальное самоограничение”. Но нашёл такое:

“Первым отличительным признаком коммунарства был и остается культ самоуправления”.

ВОТ, где собака зарыта!

- Самоуправление автором названо первым. А кажется, что сердцевинным. Сердцем же была отдача времени, сил, внимания, души другим, а не себе на пользу материальную. Самоограничение просто само собой разумеется при такой ориентации и не упомянуто.

*

- Но тогда у тебя другой ущерб: индукция при недостатке информации.

Индуктивное предложение должно быть результатом: а) накопленных фактов и суждений в пользу такого предложения и б) отсутствия фактов и суждений против. Всё, чем ты руководствуешься, это цитата из книги, где говорится о погоне этих людей за сильными ощущениями и удовольствиями, но не о том, что они против “материального самоограничения” (кстати, ты потом мне цитировал кого-то, кто писал о погоне за сильными ощущениями самого Высоцкого – покупал за границей чемоданы тряпок, а потом ими разбрасывался). А если добавить к этому факты против – например, всем известно, что эти молодые люди порывали со своими буржуазными семьями и жили в нищенских коммунах, а на демонстрации Высоцкий видит в их руках портреты Че Гевары и лозунг “Экспроприация экспроприаторов” – то это твоё индуктивное предложение становится, извини, просто пшиком.

Мне это напоминает такой классический пример, который любят рассказывать математики. Я не знаю, помнишь ли ты, что такое факториал (операция обозначается символом !). Это произведение чисел от 1 до данного числа. Например, 3! = 1·2·3, то есть 6, 4! = 1·2·3·4, то есть 24, 5! = 1·2·3·4·5 = 120 и т. д. Легко видеть, что 1! = 1, и 2! = 2. Если человеку сказать, что 1!=1, 2!=2, и спросить его, сколько будет 3!, то он ответит 3 (а на самом-то деле 3! = 6). Вот так – на основании недостаточной информации – рождаются неверные гипотезы.

- Я подобный пример могу привести, и рассказан – сам слышал по телевизору – он был в другой тональности. Сергей Капица шутя сказал, что математики про логику физиков с презрением рассказывают такой анекдот. Они, мол, видят, что пятью пять – двадцать пять, шестью шесть – тридцать шесть, и делают вывод, что семью семь – сорок семь. Математик засмеётся и скажет им: сорок девять. А они возразят: всего 4% погрешности – это очень хорошо для первой гипотезы. И Капица прибавил, что при всей анекдотичности физик именно так и думает. Он открывает новое знание. Такова индукция.

Лиха беда начало. Про полстакана воды пессимист скажет: наполовину пустой. А оптимист: наполовину полный.

Я статью написал в порядке заявки на идею, что главное в левизне – самоограничение, а в коммунизме – разумное потребление. И за те пару недель, что над нею корпел, не мог больше информации найти, чем нашёл, и больше найденное объяснить в своём духе, чем объяснил. Да и формат статьи в неспециализированном журнале не позволял больше.

Но я согласен, что ты с Высоцким прав, и Высоцкий против силы: было уже, мол, не помогло.

Я однако делаю другой акцент: не помогло, ибо – хапание.

Да, есть такая – теперь уже многим понятно – бяка в левизне: в справедливости акцентировать материальное:

“…во Франции, и в Италии существовала в значительном количестве левая кинематографическая интеллигенция – интеллигенция бедная, готовая жить бедно (так же, как трудящиеся, выразителями чьих интересов считали себя эти интеллигенты) и полагавшая, что только так и могут, и должны жить при капитализме левые” (http://scepsis.ru/library/id_2604.html).

Заметьте: “при капитализме”. При социализме, при настоящем социализме, с человеческим лицом, значит, богато полагается жить.

Так это – интеллектуалы. Думатели.

А действователи? “Во Франции и Италии молодые дрались на баррикадах” (http://screen.ru/Tarasov/Skin-SM.htm). Пусть там и затесались бедные и пусть дрались, не как “новые левые”, а как, скажем так, старые левые – за богатство.

И пусть через 10 лет после этого, собственно, про них, просто ещё не успевших построить баррикады, написал стихи Высоцкий. Так разве он – за богатство?

А в Америке протестанты разве были за бедность? Если “В США в 60-е дети “среднего класса” сотнями тысяч уходили из дома и бросали университеты, чтобы стать хиппи, жить в сельских коммунах и зарабатывать на жизнь своим трудом (пусть и “странным”: плетением “фенечек”, росписью платков и т.п.)” Разве это не погоня за особыми удовольствиями? Особым удовольствием в руках богатеньких европейских студентов был и лозунг “Экспроприация экспроприаторов” и портрет Че Гевары.

*

- А про Высоцкого я вот что скажу. Его идеал – коммунизм: 1. свободная отдача людьми своих способностей, 2. Свободное удовлетворение своих разумных потребностей. 3. Свободная борьба с Молохом-идеалом бабла.

Всё, что ты оставил Высоцкому – это пункт 3 (И он таки был свободен, когда делал 3). Он у тебя – мелок. Он значительно большее явление, чем то, что ты ему приписываешь. Именно за это его любили все советские люди, даже если они не осознавали за что…

Коммунизма без свободы нет. И коммунизм из несвободы не вырастет… Сначала свобода, потом коммунизм. Наоборот не выйдет.

А сейчас меня интересует, как идёт борьба учителей за сохранение коллективных договоров и профсоюзов на Среднем Западе. Пока подавляющее большинство людей в своём сознании, в своём подсознании, в своём сердце не поймёт принцип учителей – отдавать – и тому, что ему надо следовать всю жизнь – коммунизм не состоится. И советское ГОСУДАРСТВО, которое на словах пропагандировало эту идею, предало и продало эту идею практически с первого дня! И иначе быть не могло… Страна была преимущественно крестьянской – и в ней превалировала идея социальной справедливости – которая НЕ ЕСТЬ коммунистическая идея – коммунизм первичен, а социальная справедливость является его СЛЕДСТВИЕМ – чего не понял Ленин и его сторонники (и что, я думаю, чувствовал Высоцкий – потому его огорчили ленинские лозунги новых левых – а не то, что думаешь ты). Будет коммунизм – будет социальная справедливость, а не наоборот! Коммунизм должен сначала прийти в душе – в ходе каждодневной борьбы за него! Никакое государство не загонит людей в коммунизм силой.

- А я, пожалуй, и соглашусь, что сейчас я заузил Высоцкого. Но потому, что за прошедшие с его смерти годы стало очевидно, к чему ведёт гражданское общество, самодеятельность, нацеленные на тред-юнионизм, так сказать, на свободное удовлетворение своих разумных потребностей. Оно ведёт к капитализму из так называемого социализма. И никогда такая борьба не выведет к коммунизму из капитализма. Конечно, свобода самопроявления, за которую – да! – был и Высоцкий, из-за широты своей включала в себя и этот пресловутый тред-юнионизм и антитоталитаризм.

Я вынужден согласиться в чём-то и с Бахтиным с его большим временем, в котором всё же живёт искусство. Да, антитоталитаризм Высоцкого теперь в России не актуален из-за того всеобщего разорения, который он России принёс. И история показала, что менталитет народа, традиционализм его связан не со Свободой, а с Порядком. Да, часть актуальности Высоцкий таки потерял.

Но тем чудеснее, что часть всё же он НЕ потерял - самоограничительную.

Это она имеет по актуальности наибольшую перспективность из-за поворачивания общественного мнения к экологии (чего во времена Высоцкого ещё не было). И чёрт его знает, экологический подход в глобальном масштабе мыслим ли без насилия. Без некой глобализации самоограничения.

А со справедливостью ты не прав, конечно, если не уравниловку так называешь, не предупредив. Капитализм – общество контрастное и этим очень обидевшее россиян. Его и свергли с удовольствием и во имя большинства. И от справедливости, пожалуй, и не стоило отступать, что и было в НЭПе. Отпускать контраст на твою любимую свободу нечего. И пусть бы в пределах властью, насильно установленного порядка свободно и выбирали бы люди себе потребности. Ленина можно винить только за то, за что я его и виню – за не учреждение курса на самоограничение в партии. Вот где должна была царить несправедливость: малое материальное вознаграждение за труд. И шли б туда, как ты хочешь, – добровольно. Нужно было создать добровольный климат не соревнования с капитализмом по потреблению. При жесточайшем соревновании по обороне. Раз уж на Мировую Революцию расчёт лопнул.

Оно всё, вроде, как я говорю, и было: партмаксимум (см. тут). Но как-то факультативно, что ли. А надо было это – на флаг. Ленин же в личном порядке с потреблением щепетильничал. Как и Гарибальди. Смотри описание типов личности по Вайсбанду: “Способен пренебречь собственной выгодой и безопасностью, защищая обиженного. Предъявляет к себе повышенные требования. Не заботиться о нем нельзя: он просто доведет себя до истощения. Гарибальди, Робеспьер, Дзержинский, Джефферсон - революционеры, посвятившие себя идее”. Ленин не вписан, но мы ж смотрим, как смотрел Высоцкий. А он их объединял. Ибо почему б ему было не поверить тому, как было народу преподнесено, что заболевание Ленина явилось: “результатом перенапряжения в работе, чрезмерной мозговой деятельности, тяжелых условий революционного подполья, тюрьмы, ссылки и эмиграции”.

К объекту переписки: Высоцкий. Тот, который не стрелял.