Художественный смысл – место на Синусоиде идеалов

С. Воложин.

Эрьзя. Голубкина. Скульптуры.

Художественный смысл.

Метафизическое иномирие.

 

Безответственное впечатление

Хочу, по крайней мере, начать с него – с безответственного впечатления.

Так случилось, что первая в жизни репродукция “Моисея” (1932) Эрьзи мне попалась такая.

Эрзья. Моисей. 1932. Альгарробо.

И мне в ней увиделся Сталин.

Бродский. Сталин. 1935.

Шёл 1932 год. Конец первой пятилетки. Провалившейся по некоторым мнениям. Где-то я слышал, что Сталин признал, что самым страшным годом в его правлении был не 1941-й, а 1930 – выдержат ли крестьяне коллективизацию.

"Запланированные задания “первой пятилетки” по существу были сорваны, и реальные результаты далеко отставали не только от контрольных цифр завышенного, но и первоначального “оптимального” плана” (http://historial.ru/Events/39-Pervyj-pyatiletnij-plan-1928-1933-godov.html).

Троцкисты гнобили политику Сталина, взявшего на вооружение идеи Троцкого об индустриализации, как неумение руководить процессами. Понимай, Сталина надо сместить.

Знал ли Эрьзя, что творится в стране?

Мне хочется думать, что чувствовал. И понимал про русский народ, как и Моисей, что как ни плох еврейский народ, надо его продолжать спасать, пусть и сурово:

"9 И сказал Господь Моисею: Я вижу народ сей, и вот, народ он -- жестоковыйный;

10 итак оставь Меня, да воспламенится гнев Мой на них, и истреблю их, и произведу многочисленный народ от тебя.

11 Но Моисей стал умолять Господа, Бога Своего, и сказал: да не воспламеняется, Господи, гнев Твой на народ Твой, который Ты вывел из земли Египетской силою великою и рукою крепкою,

12 чтобы Египтяне не говорили: на погибель Он вывел их, чтобы убить их в горах и истребить их с лица земли; отврати пламенный гнев Твой” (Исх. 32).

И потому сделал своего Моисея похожим на Сталина и таким суровым и мучающимся.

Мне даже не нужно искать подтверждения биографией Эрьзи. У меня ж есть магическая палочка-выручалочка – подсознательный идеал автора (тут – идеал трагического героизма). Он не дан сознанию автора. И тот свободен в своём произведении ото всех обстоятельств жизни.

.

А теперь справимся всё ж с биографией.

Так и есть. Несгибаемый. Что и соответствует типу идеала – трагический героизм.

Что смущает* – это что сбежал он из СССР из-за футуристов и тому подобных левых, у которых у самих был идеал типа трагического героизма. Те только ещё больше искажали натуру из-за своего неприятия того строящегося якобы социализма, который не совпадал с их анархистским мнением о социализме.

Скульпторы С. Алешин, А. Гюрджан, С. Мезенцев, С. Кольцов. Арх. А. и В. Веснины.

Москва. Проект памятника Карлу Марксу. 1920.

23 октября 2021 г.

Натания. Израиль.

Впервые опубликовано по адресу

https://zen.yandex.ru/media/id/5ee607d87036ec19360e810c/bezotvetstvennoe-vpechatlenie-617412d283240a036feb3fc7

*- Правильно смущает. Потому что Эрьзя своими извивами линий противоположен истинному выразителю идеала типа трагического героизма и написавшему его поразительную формулу:

Я с детства не любил овал,

Я с детства угол рисовал.

А извивы – типичный стиль модерн, стиль-бунтарь против стандартности изделий массового производства. Давай, мол, - природное, растительное (а фигуры – плоские, как на плакатах или витражах, что в сумме давало подсознательный катарсис: метафизическое иномирие, то есть это – ультраразочарованные авторы).

Вот такому ультраразочарованному и плохо было в стране оптимистов и героев, почему он и удрал. А вернулся… Потому что давно исписался-изваялся и самоповторялся. И стал творить просто "эстетические изыски” (https://artchive.ru/encyclopedia/20~Art_Nouveau) без страшной глубины, что была вначале у стиля модерн.

В скульптуре в принципе нельзя сделать плоские фигуры (в пику обстановке), зато возможны фактурные изыски: гипертрофированные жилы, морщины…

Эрьзя. Последняя ночь осужденного перед казнью. 1909. Цемент.

Ну и чтоб были извивающиеся линии.

Эрьзя. Христос распятый. 1910. Цемент.

Эрьзя. Христос кричащий. 1910. Цемент.

Можно дать противопоставление гладкого тела негладкому барельефному фону.

Эрьзя. Монголка. 1914.

Можно вместо фона – волосы. Другая фактура.

Ерьзя. К. Маркс. 1922-1923. Мрамор.

Разочаровался в мраморе – переходим на дерево. С ним можно извивы пустить и на лицо. – Тот же “Моисей”. При соответствующем дереве (альгарробо) иномирие можно выразить самой фактурой дерева**. И, вообще-то, совершенно не важно, кого изображать.

В конце концов, и мрамор можно. Важно только, чтоб было как можно больше извивов тела.

Эрьзя. Спящая мать. 1937. Мрамор.

24.10.2021.

** - Но в “Моисее” ж извивы – страшные, тогда как обычно в стиле модерн в них шик.

Альфонс Муха. Зодиак. 1896.

- Можно настроить себя так, что и извивы чего-то (это ж такое необычное, что на ассоциацию с телом не тянет) на месте, подразумеваемом как тело, тоже станут восприниматься, как шик.

Именно на такой шик и рассчитывала Голубкина

нападавшая на недоэкспрессиониста, но очень горячего Ге за – в последнем итоге – того неумение оторваться всё-таки от идеала благого сверхбудущего, как бы ни было страшно настоящее. Её переживания холодные (не купимся ж мы, что она сочувствует старости). Скорее эстетство тут, чем сопереживание. Подсознательный идеал-то – холоден: метафизическое иномирие.

Так же и с “Моисеем” Эрьзьи.

25.10.2021.

На главную
страницу сайта
Откликнуться
(art-otkrytie@yandex.ru)