С. Воложин

Замятин. Наводнение.

Прикладной смысл.

Даёшь инстинкт!

 

Разомнём тайну Замятина

Я как-то в растерянности: радоваться, что революции в Западной Европе в 19 столетии как-то сбили Маркса с толку, и он не додумал, что массовое производство (которое он уже застал) повлечёт за собой массовое потребление и смерть человечества от перепотребления, или не радоваться?

Революции его сбили с толку, и он подумал, что коммунизма можно достичь раньше и силой, а не естественно. Силой, получается, это противоестественно.

Противоестественно получилось-таки в России. Оно, конечно, честь, что моя родина (СССР, а преемник его Россия) оказалась впереди планеты и первой попыталась учредить на планете царство Справедливости. СССР из-за противоественности пришлось противопоставить свою силу силе всего мира, что потребовало резкой модернизации. От чего и мне перепало. Я, из зачуханной провинции, при естественном ходе истории не залетел бы на вершину (так я думаю) искусство- и литературоведения. Правда, точнее иначе. Из-за модернизации я простым инженером стал. А вот традиционалистское российское отягчение истории обесценило стремление к успеху. Плюс это обесценение подпёрто было официальной ложью о коммунистической морали, презирающей богатство. И это вместе, даже при колоссальной отсталости гуманитарной сферы (отсталости из-за противоестественности силового пути и его следствия – тоталитаризма), меня выбросило наверх.

И мне можно субъективно радоваться марксовой недодуманности.

А ошибочный исторический путь СССР имел колоссальную вдохновляющую силу. Шутка сказать: в исторически короткий промежуток времени мыслилось переделать людей в новых, с приоритетом коллективного перед индивидуальным.

Ошибочность, противоестественность предполагает искусственность, акцент на сознании, а не на подсознательном.

Сознательное – имеет привлекательный пафос, согласитесь. Его сторонником был Троцкий. И этот пафос увлёк и такого гения, как Выготский. (О чём я прочёл с лёгким содроганием. Мы видим, до чего теперь дошла политическая левизна {я имею в виду гей-культуру под видом равенства}.)

Из-за пафоса “сознательное” Выготскому пришлось, говоря о своём открытии художественности (сочувствие + противочувствие = катарсис), имея в виду катарсис, притушить подсознательное, спрятав в целой книге (“Психология искусства”) это слово в глубине одного сложно-сочинённого предложения: "…трагедия обращается к подсознательным стихийным тайным силам, скрытым в нашей душе…” (http://vygotsky.narod.ru/vygotsky_psy_iskustav_10.htm).

А ведь из этого подсознательного следствие-то какое? – Следствие, что только неприкладное искусство (рождённое вдохновением, т.е. подсознательным идеалом) одно-единственное является, так сказать, естественным. А прикладное (рождённое сознанием, замыслом о, в общем-то, знаемом) является, скажем так, искусственным.

Пафос “сознательное” породил и пародию на реализм под названием “социалистический реализм”. – Тоталитаризм объявил марксизм-ленинизм единственно верной философией. Та намечала пути прогресса. Надо было ознакомиться с тем, что теперь прогресс (скажем, всеобщее среднее образование). И Решетников пишет в 1952 году картину “Опять двойка”. Естественное надо подавлять. Смешно. Меня такое искусство не воспитывало. Именно в этот год я решил перестать быть отличником (что для меня было естественным) и сидеть на первой парте. Я решил быть с большинством. (Кстати, именно в те годы началось отставание СССР от Запада, перешедшего от индустриальной эпохи к постиндустриальной. Что единственно верная теория не усекла. И вскоре партноменклатура {скорее из бывших троечников состоявшая, а не из отличников, из каких чаще становятся интеллигентами} отсекла от управления страной интеллигенцию, что было необходимо для перехода в эпоху постиндустриальную.)

Но в 20-х годах впереди была ещё индустриализация. Пафос “сознательное” был в силе. Страна переходила к массовой грамотности. Пафос накалялся до степени выражения идеала типа трагического героизма. Казалось вот-вот и построим социализм, первую ступеньку к коммунизму. И создадим нового человека.

 

Я буду там, где должен быть,

Куда поставит класс,

Но мне нигде не позабыть

Сиянья серых глаз.

Идеал типа трагического героизма коллективистского толка.

Что было как рвотное для ориентированных не на сознание, а на стихийное.

.

Возможно ненависть возникала на художественной почве. Вот приведённые стихи не содержат в себе никакой тайны. Прикладное искусство, призванное тут усиливать чувство гражданской ответственности у комсомольцев, каких число было миллионы. Идеал – скорое построение социализма (когда можно будет и передохнуть) – тут хоть и не написан, но легко угадывается, особенно теми, кому знаком дух той эпохи.

Замятин в “Наводнении” (1929) восстал. Воспел хвалу инстинкту потребности деторождения. Надо убить соперницу – убьёт. Закопает и никто не найдёт. Будет подстроено автором, что муж с тем большей страстью обратится к жене, раз исчезла разлюбезная, отчего и жена ему так ответит, что забеременеет и родит. Дочку. А совесть грызёт? Ну так признание подстраивает автор во время родильной горячки. Совесть освободится. И – трава не расти. Она родила!

"- А ведь выживет, ей-Богу, выживет!" Она сняла пенсне, глаза у нее стали как у детей, когда они смотрят на огонь.

"Ну, что же - начнем!" - сказал бритый молодой человек [следователь] и вынул бумагу, ему было больно, но он улыбался шрамом. "Нет, уж пусть спит, нельзя, сказала докторша. - Придется вам, товарищ дорогой, завтра приехать". "Хорошо. Мне все равно". - "А ей уж и подавно все равно, теперь что хотите с ней делайте!" Пенсне у докторши блестело; - молодой человек, улыбаясь сквозь боль, вышел.

Докторша все еще стояла и смотрела на женщину. Она спала, дышала ровно, тихо, блаженно, губы у нее были широко раскрыты”.

Так кончается рассказ.

.

Я задаю себе вопрос: если ещё в 1920-м Замятин написал “Мы”, этот публицистический, можно сказать, роман, весь от сознания происходящий, то можно ли думать, что то же, будучи представлено в мифологическом разрезе, рождено подсознательным идеалом?

Думать-то можно. Вспоминать пушкинское “Пока не требует поэта к священной жертве Аполлон…”. Натягивать, что идеал может плавать из сознания в подсознание и обратно… При сочинении, мол, “Наводнения” нашёл-де на Замятина мифоподобный стих…

Но естественней думать, что это произведение не естественное, а от ума.

19 августа 21021 г.

Натания. Израиль.

Впервые опубликовано по адресу

https://zen.yandex.ru/media/id/5ee607d87036ec19360e810c/razomnem-tainu-zamiatina-611ea44f271b2c7f77b999f0

На главную
страницу сайта
Откликнуться
(art-otkrytie@narod.ru)