Художественный смысл – место на Синусоиде идеалов

С. Воложин

Высоцкий. Бег иноходца.

Художественный смысл.

Явленное нам слияние массового материальничанья с идеальничаньем одиночки рождает в нас катарсис: даёшь массовое идеальничанье!

 

Левизна как материальное самоограничение, а не как вообще самопроявление.

 

Свобода не исключает деградацию.

Советник президента РФ и

председатель совета при президенте РФ

по содействию развития гражданского общества

и правам человека

Федотов.

Значит, предполагает самоограничение, чтоб не понадобилось кем-то-ограничение.

Я.

Идеалы меняются незаметно для их носителя.

Взгляну внутрь себя…

Я с шести лет жил без отца, но воспитан в послушании, ну, и в бедности. И то, и то для меня стало нормой. Но идеалом бедность стала у меня сравнительно недавно. Наверно, перед перестройкой, когда очень закричали о пагубности поворота на юг рек, текущих на север, когда экология стала часто упоминаемым словом. Утвердился ли я в идеале-бедности, когда реставрацией капитализма был выбит из предзажиточности – богатыми инженеры редко были, а я ещё придерживался недостижительной морали и карьеру себе смолоду запретил за аморальность? – Вопрос… Скорее мир, пошедший вразнос, испугал меня. Но чтоб счесть материальную недостижительность политической левизной?!. – Недоосознанно исповедовал, пожалуй, давно, но чётко осознал только сейчас. Эта недостижительность, если точнее, есть тот золотник, что дорог для левизны.

Очень весело смеялся на днях, наткнувшись на процитированное такое двустишие Вознесенского:

 

Там в витринах и виски и ветчина

и прочая антисоветчина…

Оказалось, это из произведения “Ров” (1986), которое – я так понял из его текста – сперва называлось “Алчь”. От слова “алчность”. – В 1986 году был процесс в Симферополе, судили добытчиков золотых коронок из трупов убитых фашистами за городом 12000 человек. По этому поводу вещь.

Наткнувшись на это двустишие у одного антисоветчика, я, практически незнакомый со стихами Вознесенского, подумал, что и он такой же. А получается, он другой. То двустишие – из слов в кавычках, из рассказа какого-то советского разгильдяя, попавшего за границу и оказавшегося, по его словам, “почти как в раю”.

Есть в произведении “Ров” (“Алчь”) куплеты и о Высоцком:

Йорик.

 

Володя, быть или не быть

частью духовного процесса,

в котором бог, энергосбыт,

не понимает ни бельмеса?

Володя, быть или не быть

свидетелем, как честолюбец, - надо бы “сластолюбец” или “златолюбец”?

отрыв при помощи копыт,

в твой череп вводит плоскогубец?- плоскогубцами коронки из черепов рвали

Что там, Володя? Как без шор

жизнь смотрится? Что там за кадром?

Так называемой душой

быть иль не быть? — вот в чем загадка.

Что мучит? Что сказать хотел?

Иль как бывало, с репетиций

в квартиру нашу на Котель-

нической входишь подкрепиться?

Сегодня “быть”, значит “не быть”.

И т. д.

Мне не понять: “Котель” из-за “котёл”, “подкрепиться” и “быть-не-душой” тут разбито? Но всё произведение сопрягается с заинтересовавшей меня проблематикой перца в левизне. Ветчина – антисоветчина? И идеал Высоцкого был – “не быть” телом? В смысле – жить не алчно, как Клавдий? Быть душой, как Гамлет? Отказавшийся от Офелии… от цели вернуть наследственный трон… от жизни…

Для Вознесенского в 86-м “быть” душой, значит “не быть” телом. То есть самопроявление потребовало уточнения - самоограничения.

А ведь преобладала такая тенденция в СССР: не имеющие золотника недостижительности левые становились со временем правыми, то есть становились, по-моему и по Вознесенскому, за самопроявление вообще, то есть – за тело, не за душу.

И раз я со своей левизной такой, вроде, иной, чем все (ну почти все), то надо вдуматься в песню Высоцкого “Бег иноходца” (слушать тут). Путь он и за 10 лет до смерти её пел (в смысле – вдруг да раньше или позже поправел тоже).

 

Я скачу, но я скачу иначе

По полям, по лужам, по росе.

Говорят: он иноходью скачет.

Это значит иначе, чем все.

Мне набили раны на спине,

Я дрожу боками у воды.

Я согласен бегать в табуне,

Но не под седлом и без узды!

Если не свободен нож от ножен,

Он опасен меньше, чем игла.

Вот и я оседлан и стреножен.

Рот мой разрывают удила.

Мне набили раны на спине,

Я дрожу боками у воды.

Я согласен бегать в табуне,

Но не под седлом и без узды!

Мне сегодня предстоит бороться.

Скачки! Я сегодня - фаворит.

Знаю - ставят все на иноходца,

Но не я - жокей на мне хрипит!

Он вонзает шпоры в ребра мне,

Зубоскалят первые ряды.

Я согласен бегать в табуне,

Но не под седлом и без узды.

Пляшут, пляшут скакуны на старте,

Друг на друга злобу затая,

В исступленьи, в бешенстве, в азарте,

И роняют пену, как и я.

Мой наездник у трибун в цене,-

Крупный мастер верховой езды.

Ох, как я бы бегал в табуне,

Но не под седлом и без узды.

Нет! Не будут золотыми горы!

Я последним цель пересеку.

Я ему припомню эти шпоры,

Засбою, отстану на скаку.

Колокол! Жокей мой на коне,

Он смеется в предвкушеньи мзды.

Ох, как я бы бегал в табуне,

Но не под седлом и без узды!

Что со мной, что делаю, как смею -

Потакаю своему врагу!

Я собою просто не владею,

Я придти не первым не могу!

Что же делать? Остается мне

Вышвырнуть жокея моего

И скакать, как будто в табуне,

Под седлом, в узде, но без него!

Я пришел, а он в хвосте плетется,

По камням, по лужам, по росе.

Я впервые не был иноходцем,

Я стремился выиграть, как все!

1970 г.

Что сказано “в лоб”? – Даёшь естественность! – А, значит, что сказано не “в лоб”? – Долой противоестественный строй! Да? Социализм, значит, долой? А даёшь социализм с человеческим лицом, да? “…в табуне, Но не под седлом и без узды”? Без “Рот мой разрывают удила”, без “раны на спине”, без “дрожу боками у воды”? За ветчину? За жизнь тела?

Или это чёрно-белый подход? И в жизни не бывает так резко?

Но Высоцкий-то поёт ого, как резко. Значит, его достало. Что? Что ветчины нет в магазинах? Что из Москвы или из Прибалтики надо везти в глубинку мясо? Что в очередях надо стоять? Что за границей товарный рай, а не у нас? И все так думают?

А что если оттого так надрывно поёт он, что именно все так думают? А? Как животные!.. Что если он бы хотел, чтоб все (или хоть не все) были не животными? Что если он, в раже, хотел бы, чтоб были людьми? А не “Друг на друга злобу затая”, к чему социализм с человеческим лицом логически неизбежно должен скатиться – в либерализм, красивый заменитель слова “конкуренция”, в “злобу затая”. (Что мы и видим теперь на примере итога перестройки в СССР и якобы коммунистического, но фактически капиталистического Китая.) Что если гений Высоцкого предчувствовал про “злобу затая” и животность в свободе?

Или животные не таят злобу друг на друга, а просто отправляют свои естественные нужды…

Да. Но есть - общепризнано - человеческий общественный строй, где человек человеку – волк (конкуренция). И был, по крайней мере, один человеческий же строй, первобытно-общинный, где не был волком человек человеку. А мыслилась же возможность неволчьего строя и в будущем! Мало, что то, что назвалось социализмом, разочаровало всех нас в тех мыслях. Может, надо разочарователя исправить? И начать… с себя? Уж над собою-то мы властны? Или нет? Оболванены? Как первоначально персонаж песни: “не свободен нож от ножен”. И оттого ярость Высоцкого, что это элементарное действие освобождения от оболванивания НИКЕМ не совершается? Нет, серьёзно, от чего больше ярится “я”: от “раны на спине” или от отсутствия табуна, от “как будто в табуне”, от именно “как будто”?

Мне кажется, что от второго.

Высоцкий иносказательно кричит: “Массы! Есть выход и из безвыходного, то есть из оболваненного, положения”.

С милым рай и в шалаше, говорят. Так милым не нужен капиталистический сытый рай? Они сыты тем, что милуются. Так что: если человеку приобрести нематериальный интерес как-то, то он и вегетарианцем безбедно проживёт, и без ветчины? И это выход из оболванивания потребительством?

О чём нет и намёка в песне…

Или есть: “Я дрожу боками у воды”? Уж чего-чего, а в СССР потогонной системы труда не было. Зато довели дефицитом.

Так если всё же есть в песне про оболванивание потребительством?

А что… Вспомнить про некрайность… Не голодать чтоб всё-таки… Просто самоограничение… В табуне ж и молодняк есть. Табун же бежит не с такой скоростью, как кони на скачках. А – чтоб всех это устраивало. А кто захотел всех обогнать и во главе поскакать какое-то время – пожалуйста. Какая прелесть: “Я согласен бегать в табуне” таком, “не под седлом и без узды” алчности, которая станет мне, как и всем, чужда в таком табуне.

- Может, так – самоограничением – и надо бы исправить то, что назвалось социализмом?

- Идеализм.

- А если – пока-идеализм?

- Всё равно – идеализм?

- Но он же бытовал у комиссаров в пыльных шлемах? И сейчас бытует. Пусть бы добровольцы ТАК жили. А остальным не трогать их. Как в Ауровиле в Индии. Такие, понимаете ли, отдельно взятые табуны. Секты.

После реставрации капитализма отставленные профессора марксизма-ленинизма придумали этому даже название – цивилизм. Например, недра – в общей собственности. Капиталисты их эксплуатируют вместе с теми рабочими, кому много материального надо. И платят за недра всем, в том числе и тем, кому не надо много и кто работает столько, сколько хочет.

А может, нужно было массово просто Ботвинника поддержать. Он предложил компьютеризировать Госплан. И диспропорции с дефицитами прекратились бы и при административно-командной системе. Такая система прекрасно работает внутри капиталистических транснациональных компаний.

Высоцкому не надо было придумывать экономическое устройство. Ему, может, хотелось просто раскрепостить людей от беличьего колеса потребительства и вещизма. Начать с себя, но массово. И если те не хотели, то оттого, может, такое напряжение в его пении?

Исключать, по крайней мере, такой подход нельзя.

И тогда позитивными не только персонажу Не будут золотыми горы”. Не только скакуну – плевать на деньги жокея и кого бы то ни было, но и автору – плевать на деньги. (Простим Высоцкому, что у него невольно, – не о себе говоря, а о жокее, – прорвалось и высказалось “в лоб” о своём неосознаваемом, может, сокровенном: недостижительной морали.)

Высоцкий же как бы кричит нам: “Плевать нам всем на начальников с их идеалом “мзды”! Мы – безвозмездные!”

Важно ж не первым прискакать, а постремиться к этому вместе со всеми, в коллективе, движимом одинаковостью. Из слов песни даже неясно, первым или не первым “Я пришел”. Ибо “ему” это не важно. Важно то, что “он” на секунду получил иллюзию совпадения себя с коллективом не на почве интересов, а на почве идеалов. Значит, авторский идеал – массовый идеализм. И не когда-нибудь в далёком будущем, а скоро. Высоцкий поёт с такой страстью, что понимаешь, что он в этот массовый идеализм зовёт - и немедленно чтоб откликнулись - нас. Ибо победа над собой – возможна.

“Я стремился выиграть, как все!”

Явленное нам слияние массового материальничанья с идеальничаньем одиночки рождает в нас катарсис: даёшь массовое идеальничанье!

Теперь, когда гибель человечества от прогресса и перепотребления просматривается уже ясно, эта сторона левизны Высоцкого становится по-новому актуальной.

Но поскольку всегда всё – в борьбе, постольку и теперь и тогда Высоцкого берут и брали себе на вооружение и правые. За массовое материальничанье, присутствующее в этой, например, песне в качестве одного из двух противоположных элементов, или за “в лоб” в песне слышный гимн естественности животной.

И то, и то – восприятие Высоцкого путём наименьшего сопротивления. И оно, так сказать, побеждает антагониста – адекватное восприятие барда – путём наибольшего сопротивления. Побеждает массово темнота, в сущности, и предвзятость. И как и прежде, Высоцкому всё никак не поднять своих слушателей до своего уровня. – Что ж. Зато задача – по плечу богатырю.

Но надо и ему помочь.

В его время, по крайней мере в год сочинения им песни “Бег иноходца”, в движении КСП, где больше всего пели его песни, левых, - знаю лично, - было намного больше, чем правых. И всё равно левое дело лопнуло. А уж теперь, когда каждый день на каждом шагу правые искажают историю… И Высоцкого…

“Новейший философский словарь”: “Подлинность человеческого существования конституируется и проявляет себя в таких сугубо экзистенциальных контекстах, как: контекст <…> утверждения права на личный выбор (<…>"Бег иноходца")”. – Певец индивидуализма, получается. – “"Охота на волков" использовалась, в частности, спецслужбами для создания у оперативных сотрудников соответствующей психологической установки — как своего рода аналог мантр — перед требующим предельной самоотдачи и нестандартного мышления в экстремальной ситуации заданием”.

Я пишу это в дни массовых беспорядков в Москве, и не исключу, что и в какой-нибудь фашиствующей организации может так использоваться Высоцкий. И что его песни могут, при таком – прикладном – использовании произведения идеологического искусства не достигать своей истинной цели – испытания сокровенного мироотношения человека идеалом самоограничения.

Так я призываю людей левого дела популяризировать левого Высоцкого.

Поможем ему бороться!

16 декабря 2010 г.

Натания. Израиль.

Впервые опубликовано по адресу

http://www.lik-bez.ru/archive/zine_number3797/zine_critics3801/publication3828

На главную
страницу сайта
Откликнуться
(art-otkrytie@narod.ru)

BardTop