Художественный смысл – место на Синусоиде идеалов

С. Воложин

Тажбулатов. Снегири.

Художественный смысл.

Западный путь это путь к гибели человечества. Гибели из-за прогресса. Вот красота в рассказе и кричит. О пути к застою.

Красота ДОЛЖНА спасти мир!

Теперь мне не кому, когда-то же я не любил дарить цветы. Покупные. Особенно на 8-е Марта. Бесило, что они бешено дорожали к этому дню. Красота как бы губила мир.

Я шел-гулял себе по длинной дороге, погода отличная, и вспомнился накануне прочитанный вкусный такой рассказ – "Снегири" Александра Тажбулатова (http://www.newlit.ru/~tazhbulatov/002857.htm). Ну так там красиво были описаны красные снегири на первом снегу. С ранетками. Как будто воочию видишь. И этот первый снег. И слышишь ту тишину, обволакивающую вместе со снегом всю природу. Всю природу. Не меньше. Так красиво. Не рассказ, а как бы восклицательный знак.

- Так уж и восклицательный? – въедливо спросил "я"-обычный интерпретатора в себе. И окружающее пространство для "я"-обычного пропало.

- Да, восклицательный, - сказал "я"-необычный. - Вот Бабель тоже сочно писал, но – безобразие. Красоту он видел - наступящей в исторически скором будущем. Советский был писатель. Верил… А Тажбулатов – современный. Не может верить в современную красоту, потому и кричит, а не говорит.

- Ну почему кричит? Очень даже спокойно описывает, например, разговор торговок цветами.

- Вот именно, что разговор, что торговок и что именно цветами. А главное – описывает. Не дает диалогом, чтоб мы сами наслаждались сочностью их речи, а описывает.

(Потом, придя домой, проверил. Действительно:

"У цветочниц еще нет покупателей, и они вкусно, под сладкий чай из термосов, курят и рассказывают друг другу самые свежие сплетни. Смеются иногда весело и громко. Будто собрались давние подруги". Чай, правда, пьют "вкусно", и это не только им вкусно, но понимать это вкусно. То есть и написано вкусно. Но действительно – не кричаще вкусно. Этот чай не вспомнился на дороге. Его вкусность – тоже. То ли дело, как снегирь, садясь на заснеженную ветку слегка промахнул и сбил с нее наросшую горку снега. Сделал место для подруги. Или эти красные ранетки. Их изобилие, широта пиршества снегирей. Не сравнить с разговором цветочниц.)

- Потому что природа – таки красива. А общество людей – нет, - продолжил "я"-необычный.

- Ну почему… Там довольно мирно описаны приличные людские отношения. Вон, богач на машине, - специально оговорено, - очень уважительно отнесся к переходящему улицу бомжу. И когда бомж разбил стекло теплицы, цветочница ж не побила все-таки его и жалостно смотрела.

- Потому что этот бомж смирился. Он не представляет опасности для имущих.

- И ты сможешь другие нюансы объяснить с точки зрения такой вот идеи целого как "восклицательный знак"?

- …

- Для чего бывший зек там, в конце, пошел опять драться за давно уже бросившую его жену?

- …

- Почему именно цветочницы изображены? Зачем – свадьба? Почему упомянуты голландские цветы? Почему на самих цветах рассказ кончается?

- Вот потому и кончается на цветах самих по себе, что красота цветов дана именно как красота и все. Что растения ею конкурентную борьбу ведут за продолжение рода, то скрыто. И то, что голландские цветы проникли аж в эту заснеженную даль, тоже намека нет, что из-за конкурентной экспансии Голландии на российский рынок.

- А почему снегири красные?

- Они такие.

- А почему? Цветы красивые, чтоб видом привлекать насекомых, те их опыляют. А снегири?

- Почему-почему… Нипочему. Этим вопросом автор не занимается, как и почему в России цветы из Голландии. Красиво и все.

- Так и нечего настаивать на какой-то восклицательности художественного смысла рассказа.

- Ну нельзя не настаивать. Я ее чувствую. Красота кричит.

- Ну а снег.

- Тоже кричит. В качестве красоты. Именно кричит. Тем еще, что от выпадения снега как раз, наоборот, тишина становится. Вот это и есть крик. Это требование людям, чтоб устроили свою жизнь так же, как природа.

- Это в наше-то время? Реставрации капитализма…

- Вот именно потому!

Стало ж уже пошлостью страдать по справедливости. Стабилизация. Нацпроекты. Социальность.

- Ха. Это не потому ли так терпимы к бомжу?

- Да нет. Эта терпимость, как раз, наоборот, – есть авторская нетерпимость.

Ну сделают, мол, в России, как в так называемых цивилизованных странах, обеспеченную старость, ликвидируют бедность (вроде той, что в рассказе, - у мальчика, пролившего бидон с молоком). Ну сделают. Мол. – Будет хорошо? – Нет.

- Почему?

- Потому что красота в рассказе кричит. А чего ей кричать, если автор был бы исторический оптимист, как миритель-Бабель? Она же – кричит.

Взять хоть того же бывшего зека. О нем же так мельком написано, что не может быть – зря так. О том, что он пошел к бывшей жене и опять подрался, - еще более мельком. Почему?

- Это ты интерпретатор, ты и отвечай.

- Я и пробую.

Ведь этот бывший зек противопоставлен снегирю. У того – самочка. Все улажено. Бывший же зек и зеком стал, из-за того, что половой вопрос стал неулажен.

- Это что? Автор, в смысле, за некий социализм, где жены мыслились общими? Или тот, что ликвидировать семью намеревался? Стакан воды? Коллонтай? Хочешь кого - бери, если партнер согласен?

- Нет. Не надо так утрировать.

- А как?

- Общо. Может, это образ мечты о каком-то изменении человеческой природы в сторону большей гармоничности ее. Как красива природа вокруг. Что-то еще очень аморфное для осознания. Потому так мельком… а все же протестант введен. Потому и кричит природа в рассказе. Та, что без человека.

Вот Пришвин природу без человека воспевал. Почему? Потому что так же заоблачно мечтал о гармонии. Ему стыдно было современников-символистов, тоже заоблачных мечтателей. Стыдно было своей тоже заоблачной мечты. Вот он и маскировался под певца природы без человека. Очень все зримо-слышимо у него написано. Вот и Тажбулатов…

- Хм. Значит, западный путь – к цивилизованности – не годится автору?

- Не годится. Может (но это уж совсем на подсознательном уровне – из-за затрепанности темы), - может, оттого что западный путь это путь к гибели человечества. Гибели из-за прогресса. Вот красота в рассказе и кричит. О пути к застою…

Нет. Это как-то утилитарно.

Просто – крылатые слова, но с другой модальностью глагола: ДОЛЖНА.

- А не слишком ли такой – с человечеством - автор похож на тебя?

- На уровне использования крылатой фразы и лишь перестановки акцента – не слишком, пожалуй. Ибо достаточно общо.

- А не слишком ли тогда банально?

- Ну художник же не мыслитель. Важно, чтоб ты почувствовал себя, как машина на испытательном стенде. – Почувствовал, значит, стенд хорош. "Снегири" ж увлекли при чтении, вспомнились же назавтра, заставили ж утонуть в себе, забыть о времени и пространстве, в котором передвигался. – Очень хорошо!

15 января 2007 г.

Натания. Израиль.

Впервые опубликовано по адресу

http://www.newlit.ru/~volozhyn/002876.htm

На главную
страницу сайта
Откликнуться
(art-otkrytie@narod.ru)