Художественный смысл – место на Синусоиде идеалов

С. Воложин.

Сажаев. Картины.

Художественный смысл.

Ницшеанство.

 

Я потом признаюсь, если окажусь не прав

А пока… На меня такое накатило… Предслёзное…

(Я, наверно, плача умру, если умирать буду в каком-то физически немучительном состоянии.)

Обожаю ницшеанство за его мистическую тягу к метафизическому иномирию. Роскошная компенсация за все несчастья Этого мира. Но. Какая ж это прелесть – чуять это иномирие, найденное художником в образе.

Меня когда-то поразил восход луны. Она уже была в окружающей природе, и огромная. Но! Никакого влияния на природу не оказывала своим присутствием. Настолько была бледна.

Вот и тут…

Сажаев. Домой из школы. 1993.

Совсем не создаёт никакой теплоты (какой-то желтизны, что ли) последний луч солнца на бликах на снегу. Вообще совершенно отдельные жизни: зари и земли. В заре – какое-то обещание о как бы каком-то тёплом сверхбудущем, а на земле – какое-то полное отрезвление: ничего такого и там, в сверхбудущем, не будет. И – полная бессмыслица есть Эта жизнь тут. Эта школа… Зачем, если всё кончается Ничем?

А вот такой нюанс (что б это могла значить?)…

На референдуме о сохранении СССР в марте 1991 года Свердловская область отличилась рекордно малым процентом голосов за сохранение (49%). Через 2 месяца РСФСР объявил независимость от СССР. И ещё до развала СССР, в сентябре того же года городской совет народных депутатов вернул Свердловску имя Екатеринбург. Но с реставрацией капитализма не случился возврат к дореволюционному писанию твёрдых знаков в конце слов. Однако через 2 года после номинального возвращения к капитализму, после расстрела Белого Дома и утверждения капитализма в России, Сажаев пишет на этой картине: “М. Сажаевъ въ 1993 году въ Екатеринбурге”. С твёрдыми знаками! Понимай, Сажаев против какого-то изменения во времени (в простоте душевной он в конце названия города не поставил царской ять – ѣ {а правильно ставить ять при царе могли только очень грамотные люди, каковых было очень и очень мало в стране, потому знаком демократии была отмена ѣ, но вряд ли демократии ради Сажаев тут против советского декрета не выступил}). В той же душевной простоте Сажаев, написав каллиграфически название “Домой из школы”, не поставил твёрдого знака и в “изъ”. (Говорят, он в валенках ходит. Это подтверждает его игру со временем самим по себе: раньше, наверно, валенки были обычной зимней обувью и её не стеснялись.)

Но в искренности ему не откажешь: он близко к осознанию своего подсознательного идеала метафизического иномирия приблизился с этими твёрдыми знаками (иномирный холодный блеск снега, наоборот, доказывает неосознаваемость им иномирия). Иное дело – обращение ко времени. Время ведь не ощущается само по себе. Оно только – в связи с материальными процессами Этого (плохого) мира. Поэтому как только начинается какая-то игра со временем самим по себе – это сразу близко к иномирию.

Что и подтверждается названием такой картины:

Сажаев. Ничего не происходит. 2001.

Здесь каллиграфическая надпись такая: “М. Сажаевъ въ Екатеринбурге въ 2001 году “Ничего не происходит””.

Живописно образ иномирия дан каким-то непередаваемо инопланетным пейзажем. Впечатление, что трава не только освещена солнцем, но и как-то сама светится в освещённых солнцем местах. И вообще… Оттенок этой травы какой-то такой, что сердце смущается и безропотно куда-то летит. А время – стоит.

Еще лес в тенях чем-то неестественно синим тоже светится.

Вообще, мне вспоминается, что перед полным солнечным затмением, когда полсолнца ещё есть, освещение окрестностей всё равно как-то иномирно изменяется, тускнеет не так, как если солнышко облаком заслонилось. – Чувствуется ЧТО-ТО.

Как в великолепной фразе Ницше:

"…всё материальное — это своего рода движение, служащее симптомом какого-то неизвестного процесса: всё сознательное и чувствуемое — это опять-таки симптом неизвестного…” (https://cyberleninka.ru/article/n/f-nitsshe-protiv-metafiziki-i-essentsializma).

Потуга передать этот симптом есть и в такой картине:

Сажаев. Порыв ветра.

Воздушный океан колыхнулся, а всё, в общем, не реагирует (листья и дым – не в счёт). Даже куры и петух.

(Мне вспомнилось – я жил когда-то в очень маленьком городке, люди живность держали – петух криком реагировал каждый раз, как солнышко облаком закрывалось…)

Через наоборот как-то: образом изменения выражена неизменность.

И вот тут что-то похожее.

Сажаев. Апрельский вечер на даче Алёхи Мерзлова.

Мир холодных тонов (неба и голой земли) никак не соприкасается с миром тонов тёплых. Даже дым из трубы (как бы часть голой земли), попав в лучи садящегося солнца, почти не изменяет своей холодной белизне.

Я как-то помню, что на закате облака на востоке окрашиваются последними лучами солнца. А тут – нет! Иномирие. Никаких благих иллюзий.

Вот эта непричастность одного мира миру другому как навязчивая мысль или мелодия не отпускают Сажаева. Можете сами поимпровизировать на сайте http://m-sazhaev.ru/ru/%d0%b3%d0%b0%d0%bb%d0%b5%d1%80%d0%b5%d1%8f-1/%d0%bf%d0%b5%d0%b9%d0%b7%d0%b0%d0%b6%d0%b8-%d1%80%d0%be%d1%81%d1%81%d0%b8%d0%b8/

29 августа 2021 г.

Натания. Израиль.

Впервые опубликовано по адресу

https://zen.yandex.ru/media/id/5ee607d87036ec19360e810c/ia-potom-priznaius-esli-okajus-ne-prav-612b97f87a5bc82c2b17bb5d

На главную
страницу сайта
Откликнуться
(art-otkrytie@narod.ru)