Художественный смысл – место на Синусоиде идеалов

С. Воложин.

Пушкин. Руслан и Людмила.

Художественный смысл.

Сперва просветительский идеал гармонии высокого и низкого, потом – реализм.

 

Спасибо.

В цифровой области всё очень быстро меняется. Лет 10 назад я ещё получал по электронной почте отклики на свои статьи. Даже завёл на своём сайте раздел “Отклики”, а там – подраздел “Переписка”. Но потом появились соцсети, ютюбы, ещё что-то. И я перестал получать письма-отклики. Как вдруг – стараниями одного устроителя виртуальной жизни – мне стали приходить письма-отклики на то, что я разместил в одном так называемом блоге.

Комментатор оказался толковым. Я получил удовольствие, так как для ответа мне пришлось полдня потратить, чтоб подготовиться к ответу ему.

Отрывок из его письма:

"А художественность без противочувствий бывает?

Если забыть об убедительной силе Выгодского, и перечитать кое-что “попроще” (imho) , скажем, -

У лукоморья дуб зелёный;

Златая цепь на дубе том:

И днём и ночью кот учёный

Всё ходит по цепи кругом;

Идёт направо — песнь заводит,

Налево — сказку говорит.

Там чудеса: там леший бродит...- -

и так далее”.

 

Выготский не стал публиковать при жизни свою “Психологию искусства”, хоть и получил за неё учёную степень в 1925 году. Что-то его останавливало. И я смею думать, что догадался, что. Его теория (что художественность – это наличие в тексте противоречий, возбуждающих осознаваемые противочувствия, и наличие вне текста {в подсознании восприемника} результата столкновения этих противочувствий – катарсиса {вовне проявляющегося беспричинными признаками непонятной эмоции, типа слёз и др.}), - его теория оставляет в стороне образность. Образность наличествует и в тексте (ЧЕМ выражено), и в переживании (ЧТО выражено). А переживание, в свою очередь, бывает или сознаваемым, или подсознательным. Ещё – выражать или нечто местное (Вейдле считал немецкое “blitz" лучшим русской “молнии”), или идею целого произведения (как капля – вкус моря).

Так вот только последнее плюс подсознательное я склонен называть художественным. Остальная образность – эстетически ценна. Она есть не только в произведениях искусства, она есть и вне его.

 

Поэтому художественным во вступлении к “Руслану и Людмиле” я считаю лишь это место:

   
 

И там я был, и мед я пил;

У моря видел дуб зеленый;

Под ним сидел, и кот ученый

Свои мне сказки говорил.

Одну я помню: сказку эту

Поведаю теперь я свету...

Считаю – за вмешательство автора.

Оно принципиально иное, чем вмешательства автора после вступления:

   
 

И вот невесту молодую

Ведут на брачную постель;

Огни погасли... и ночную

Лампаду зажигает Лель.

Свершились милые надежды,

Любви готовятся дары;

Падут ревнивые одежды

На цареградские ковры...

Вы слышите ль влюбленный шепот,

И поцелуев сладкий звук,

И прерывающийся ропот

Последней робости?..

 

О горе: нет подруги милой!

Хватает воздух он пустой;

Людмилы нет во тьме густой,

Похищена безвестной силой.

 

Ах, если мученик любви

Страдает страстью безнадежно,

Хоть грустно жить, друзья мои,

Однако жить еще возможно.

Но после долгих, долгих лет

Обнять влюбленную подругу,

Желаний, слез, тоски предмет,

И вдруг минутную супругу

Навек утратить... о друзья,

Конечно лучше б умер я!

И так далее – во множестве мест.

Эти вмешательства – образ. Чего?

"Все темы пушкинской поэмы решаются с помощью контрастов древнего (“преданья старины глубокой”) и современного (рассказчик-современник постоянно комментирует все события), сказочного и реального (в смысле реальности чувств), высокого и комического, интимного и иронического…

мы постоянно чувствуем авторскую интонацию, отражающую вольнодумные, просветительские взгляды” (Фомичёв. http://os.x-pdf.ru/20istoriya/777260-2-s-fomichev-poeziya-pushkina-tvorcheskaya-evolyuciya-otvetstvenniy-reda.php).

У Пушкина за жизнь сменилось около дюжины идеалов. (Он в этом отношении был исключительный.) Когда он начинал и продолжил писать поэму “Руслан и Людмила” ( 1817 – 1820), им владел просветительский идеал гармонии высокого и низкого. Потом случился крах. Разочарование. И в продекабризме его друзей (они агитации ради стали распространять под его именем его и не его стихотворения {а что ж будет, когда они придут к власти?!}). И просто в друзьях (пустили слух, что его в полицейском участке избили). И, главное, он крепко влюбился (в Наташу Кочубей, повторно), и не было взаимности. – Он почти потерял дар творчества. И… спасся. В ссылке. Где – так случилось – была особая воля. Где он влюбился (и не безответно) в Анну Гирей (та была потомком Крымского хана). И женился б… И это его вернуло к творчеству. Да не романтическому, а реалистическому.

И он приделал к “Руслану и Людмиле” Эпилог с описанием своего недавнего творческого упадка:

   
 

Она прошла, пора стихов,

Пора любви, веселых снов,

Пора сердечных вдохновений!

Восторгов краткий день протек -

И скрылась от меня вовек

Богиня тихих песнопений...

1817 - 1820

Это противоречило всей поэме, её тону "общественного вольнолюбия” (Фомичёв).

И это было враньё на себя: у него уже не было творческого упадка. Он переходил к реализму. Столкновение противочувствий от всей поэмы с Эпилогом как раз и давало чуткому читателю катарсис в духе реализма.

Но где такие чуткие?

Все считали поэму романтической.

"…сочетание в одном произведении, в одном повествовательном потоке, в одном жанре тех идеологических и эстетических начал, которые ранее мыслились и существовали отдельно, было одним из главных новшеств „Руслана и Людмилы" и явилось выражением романтического отрицания незыблемости жанров. В этом смысле „Руслан и Людмила" была действительной романтической поэмой” (Фомичёв).

А Пушкина это как-то не устраивало. Чем дальше, тем больше. Потому что, идя по пути реализма (не без зигзага опять в романтизм {повлияли революции в Испании, в Италии, в Греции и даже совсем рядом в Молдавии}), он стал в итоге (из-за поражения всех этих безнародных революций) романтизм презирать.

Его в таком состоянии с Юга перевели в Михайловское. Там – няня, сказки… – И он захотел “попроще”, чем противоречием поэмы и Эпилога – как написал мне откликнувшийся – открестить “Руслана и Людмилу” от гражданского романтизма (этот стиль ещё и так называется). И сочинил и приделал к поэме “У лукоморья дуб зелёный…”.

А там, образом любящего народ рассказчика, ознаменовал, так сказать, своё кредо реалиста. Считающегося с действительностью, а не витающего в пустых мечтах, как романтики.

Вот такой образ, поскольку он касается целой поэмы, я и называю художественностью. Я подозреваю, что всё описанное Пушкин проделал под влиянием подсознательного идеала реализма. Как факт – такого термина тогда даже не существовало. А образ, пожалуйста, был дан.

4 июня 2019 г.

Натания. Израиль.

Впервые опубликовано по адресу

http://www.pereplet.ru/volozhin/780.html#780

На главную
страницу сайта
Откликнуться
(art-otkrytie@narod.ru)