С. Воложин.

Древний палеолит. Лунки. Охра. Шар.

Компенсаторный смысл.

Предискусство и искусство оказались противоположностями по специфической функции: успокоением – первое и испытанием дразнением – второе.

 

Предискусство.

А давайте подойдём догматически: если когда-то произошло искусство, то перед ним было предискусство. С другой специфической функцией. И если искусство, по Поршневу, произошло вместе с происхождением человечества (40 тыс. лет назад, а с учётом послепоршневских открытий – 130 тыс. лет назад: первое ожерелье), на втором переломе по пути развития от животного к человеку, - то предискусство должно было произойти на первом переломе – у гомо хабилиса, умелого. Он стал систематически трудиться – изготовлять орудия. По Поршневу – из-за имитации. Никакой второй сигнальной системы у хабилиса и последующих (вплоть до предкроманьонца, что на втором переломе появился) – не было.

Но и, видимо, не совсем утилитарно имитацией камни отёсывали эти уже не обезьяны, но ещё и не люди, как назвал их Поршнев. Видимо, вожак и все вместе заставляли тех, кто отказывался от полезной деятельности. И жестоко-жестоко наказывали неслухов. Что уже не по Поршневу, но он мне простит на том свете. Он, видно, или не знал, или не учёл, что есть странные артефакты, никакой утилитарной нагрузки не имеющие. Это чашевидные углубления в скальной поверхности пещер и не пещер.

Они открыты в пещере Ла Ферраси во Франции в 1921 году (неандертальцы там жили), в пещере Аудиториум в Индии в 1992 (какие-то ещё более ранние палеоантропы, 500 тыс. лет назад).

В 1996 году в Дараки-Чаттан, на 400 км юго-западнее пещеры Аудиториум, была найдена скальная поверхность, на которой обнаружено по меньшей мере 500 (!) таких углублений.

Есть упоминания о том же про Южную Африку.

И даже про Австралию, куда кроме сапиенсов никто никогда не приходил.

“Тут важно, что одна и та же разновидность артефакта с удивительным постоянством воспроизводилась разными биологическими видами в разное время и в разных местах; при этом никому пока не удалось доказать какое-либо утилитарно-хозяйственное значение этих углублений. Говорит это прежде всего о том, что между ископаемым неоантропом, палеоантропом и архантропом существенной поведенческой разницы не было” (Куценков http://www.socionauki.ru/journal/articles/129735/).

Так Куценков предполагает, что разгадку даёт аутизм, случающийся у теперешних людей как болезнь. А когда-то, мол, это была норма. И эти существа, страдая от окружающего (их, может, и съедали, если они отказывались обтёсывать камни), занимались тем, что теперь называется аутостимуляцией: “чтобы поддерживать <…> активность во взаимодействии с миром посредством приятных впечатлений… переживаемое совместно удовольствие, входя в контекст эмоционального общения, начинало поддерживать <…> и помогало <…> фиксировать новую привязанность” (Никольская).

Представляете, сидят несколько неслухов и сверлят на виду друг у друга никому не нужные лунки. И успокаиваются. И могут потом идти и участвовать в обтёсывании орудий раскалывания костей.

Представить нынешних людей делающими так можно: лечебница для больных аутизмом. Их организовали здоровые.

Но 500 тыс. лет назад?!

Надо ж, чтоб одни “понимали”, что другие не такие и надо их оставить в покое, чтоб те пришли в “норму”. И тогда какая ж аутизм норма для архантропов? – Ну вот такая и норма, что очень их много.

А что были такие “не такие”, свидетельствует масса недообработанных камней среди обработанных. У бросивших обработку не было “понимания”, зачем это делается.

Оно, “понимание” предполагает что: сознание или включённость в цепь действий, как и у пчёл, строящих улей, и у бобров, строящих плотину, и т.п.? – Поршнев отвечал – второе. Ладно. Так чем же тогда отличается делание первого ожерелья от делания лунки?

Лунку делают, желая вернуться в стадо, переживая страдания, что ты не такой: можно с голоду помереть вне стада или быть убитым своими же. Делание лунки выполняет компенсаторную роль. Компенсируется фактическое выпадение из стада.

А делатели ожерелья совсем другие. По Поршневу, они полностью привержены стаду. Настолько, что дают (не имеют возможности противостоять) внушить себе обездвиживание, после чего их убьют и съедят, ибо не хватает мясной пищи. Это ужасно. И тоже хочется бежать. Но один же не убежишь. Да и несколько – тоже. И вот несколько всё же находят условное освобождение от непреодолимой воли съедателя. Тот же экстраординарностью своего поведения (голоса, поз), приводит их в ступор. – Так надо отделить экстраординарность от съедателя. Самим сделать экстраординарность. Просверлить, каждоиу, по… отверстию в ракушке. И… соединить ракушки жилкой. И повесить на шею одному, другому…

Это уже не компенсаторная функция, а испытельная. Испытывается своё желание сделаться экстраординарностями таким же, как поедатель. Желание восстать, собственно говоря. То есть испытание с целью совершенствования. Что и произошло в действительности вскорости: съедаемые разбежались и в процессе такого противопоставления себя поедателям приобрели конр- и контр-контрвнушение, приобрели вторую сигнальную систему, слова и управляемость словами, стали вполне людьми.

Одна загвоздка.

“К концу восьмидесятых годов было известно четыре десятка памятников эпохи верхнего палеолита, содержащих белоснежную скорлупу страусиных яиц разбитых, приблизительно, около 40 — 25 тыс. лет назад. Из них в семи стоянках, включая Патне и Бимбетка на территории Индии, среди многочисленных скорлупок толщиной от одного до двух миллиметров попадаются миниатюрные дисковидные бусины с отверстием в центре. Кроме отверстия, исследователи отметили тонкую гравировку на плоской поверхности бусин. Зная об этом, немецкий исследователь Ганс Зейгерт целенаправленно разыскивал и нашёл в культурном слое эпохи позднего ашеля в Эль-Грейфе на территории Ливии три фрагмента аналогичных дисковидных бусин из страусиной скорлупы ещё меньшего размера (их диаметр составлял менее одного сантиметра), чем верхнепалеолитические находки на территории Индии” (http://wsyachina.narod.ru/history/ancient_art.html).

40-25 тыс. лет назад это вполне могут быть сапиенсы. Но поздний ашель в Ливии… Оно, конечно, теперь определено, что первая Ева почти там же и тогда же произошла… Но это всё же не 130-тысячелетние бусины из ракушек в Алжире.

Другие же, кроме углублений, артефакты оказываются вполне на уровне этих углублений: красящие камни и покраска ими чего бы то ни было, камни, обработанные так, чтоб получился шар.

Так что можно полагать, что предискусство и искусство оказались противоположностями по специфической функции: успокоением – первое и испытанием дразнением – второе. – Диалектика… - Теперь можно и забрать назад слова о догматизме.

26 июля 2011 г.

Натания. Израиль.

Впервые опубликовано по адресу

http://www.pereplet.ru/volozhin/86.html#86

 

 

На главную
страницу сайта
Откликнуться
(art-otkrytie@narod.ru)