С. Воложин

Панселин. Иоанн Богослов на острове Патмос

Прикладное искусство

Тот свет существует – с Богом, ангелами и чудесами.

 

Второсортное искусство

Признаюсь, что действую по принципу: “Если я тебя придумала – стань таким, как я хочу”. Я беру, притворяюсь, что общественность приняла мои предложения. И дальше пишу, как проводник общепринятого. – На что я рассчитываю? – Ну, во-первых, на детей: вдруг кто-то любознательный на меня наткнётся. Во-вторых, на тёмных: он может не знать, что общепринятое не общепринято. В третьих, на недовольных много чем существующим: они-то поймут моё притворство, но им душу согреет моя оппозиционность общепринятому, и они с некоторым сочувствием меня прочтут. В-четвёртых, на людей парадоксального склада ума. Тут и объяснять не надо, почему. В самую последнюю очередь я рассчитываю на учёное сообщество, хоть там как раз есть те люди, которые в принципе способны оценить целесообразность мною предлагаемого.

Что я предлагаю? Считать целесообразным давнее боговдохновение при создании произведений неприкладного искусства заменить подсознательным идеалом художника.

Вы заметили: я вставил, казалось бы, ненужное определение “неприкладного”.

Оно принципиально.

Ибо произведения прикладного искусства создаются о, в общем-то, знаемом. Например, песня о любви. А неприкладного – как сказал Пушкин, под влиянием неопределённого вдохновения: “Куда ж нам плыть?” (“Осень”, 1833).

Под влиянием такого ЧЕГО-ТО и воспринимается людьми ЧТО-ТО, словами невыразимое. Получается общение подсознаний автора и восприемников. Тончайшее переживание. Которое по силе воздействия уступит самой плохой любовной песне, но по тонкости… – Нет ничего лучше! – Почему я и называю произведения неприкладного искусства первосортными.

И для меня ценно, если кто-то очень авторитетный признаёт, что произведения прикладного искусства опираются на "применение сознательного приема” и не одного, а многих, которые, "хороши ли, плохи ли, весьма преднамеренны и сознательны” (Флоренский. http://philologos.narod.ru/florensky/fl_persp.htm#b02).

Флоренский пишет об иконах, о религиозном искусстве. И кого-то обожжёт, как иного с любовными песнями, что ТАКОЕ можно сметь называть второстортным.

А иконы просто воспитывают способом “повторение – мать учения”. Если там всё не так, как вокруг, то вы и поверите, что тот свет существует – с Богом, ангелами и чудесами. Вот иконописцы и пишут такое, чего в окружающей действительности нет: с "неожиданными перспективными соотношениями, особенно когда дело идет об изображении предметов с плоскими гранями и прямолинейными ребрами, как-то, например, зданий, столов и седалищ, в особенности же книг, собственно евангелий… особенные соотношения стоят вопиющим противоречием с правилами линейной перспективы… тела, ограниченные кривыми поверхностями, тоже переданы в таких ракурсах, которые исключаются правилами перспективного изображения. Как в криволинейных, так и в ограненных телах, на иконе бывают нередко показаны такие части и поверхности, которые не могут быть видны сразу… Так, при нормальности луча зрения к фасаду изображаемых зданий, у них бывают показаны совместно обе боковые стены; у евангелия видны сразу три или даже все четыре обреза; лицо — изображается с теменем, висками и ушами, отвернутыми вперед и как бы распластанными на плоскости иконы, с повернутыми к зрителю плоскостями носа и других частей лица, которые не должны были бы быть показаны… характерны также горбы согбенных фигур…

Мануил Панселин. Иоанн Богослов на острове Патмос. XIII-XIV вв. Фреска.

соединения поверхностей профиля и фаса, спинной и фронтальной плоскостей… линии параллельные и не лежащие в плоскости иконы или ей параллельной, которые перспективно должны были бы быть изображены сходящимися к линии горизонта, на иконе бывают изображены, напротив, расходящимися… впечатление сознательности сказанных нарушений перспективы чрезвычайно усиливается от подчеркнутости обсуждаемых особенных ракурсов, — применением к ним особенных же расцветок или, как говорят иконописцы, раскрышек: особенности рисунка тут не только не проскальзывают мимо сознания через применение в соответственных местах каких-нибудь нейтральных красок или смягченные общим цветовым эффектом, но, напротив того, выступают как бы с вызовом, почти крича на общем красочном фоне. Так, например, дополнительные плоскости зданий-палат не только не прячутся в тени, но, напротив, бывают нередко окрашены в цвета яркие и притом совсем иные, нежели плоскости фасадов. Наиболее же настойчиво заявляет о себе в таких случаях тот предмет, который разнообразными приемами и без того наиболее выдвигается вперед и стремится быть живописным центром иконы — евангелие; обрез его, обычно расписываемый киноварью, является самым ярким местом иконы и тем чрезвычайно резко подчеркивает свои дополнительные плоскости… Эти приемы тем более сознательны, что они стоят, к тому же, в противоречии с обычною расцветкой предметов и, следовательно, не могут быть объясняемы натуралистическим подражанием тому, что обычно бывает. Евангелие не имело обычно киноварного обреза, а боковые стены здания не красились в цвета иные, чем фасад, так что в своеобразии их расцветки на иконах нельзя не видеть стремления подчеркнуть дополнительность этих плоскостей и неподчинение их ракурсам линейной перспективности, как таковые” (Там же).

Когда народ привык, он те иконы считает лучшими, в которых искажений относительно действительности больше. Так же считают и эстеты – выдержан стиль. Служители церкви – тем паче. Когда в конце XIX века Васнецов, Врубель и другие стали писать реалистические иконы, некоторые церковнослужители выразили возмущение. И были по-своему правы.

Заявления иконописцев, что их на писание вдохновляет молитва, долгий пост и т.п. – это обычное самовнушение. Но художник есть художник. Бывает, и на иного иконописца нисходило вдохновение, которое я предлагаю называть подсознательным идеалом. И тогда среди всех “неожиданностей” удаления от действительности (на самом деле они неожиданностями не казались, будучи применяемы сотни и сотни лет) он вдруг неожиданно для себя выдавал особую неожиданность (см. тут), потому что в действительности совершалось прямо-таки чудо, например, Батый на Новгород не пошёл.

Земной характер провокатора вдохновения, как раз и показывает возможность для него не боговдохновения, а психологической причины, что стихийно и было усвоено по мере упадка религии, но до сознания так и не дошло пока.

24 июля 2020 г.

Натания. Израиль.

Впервые опубликовано по адресу

https://zen.yandex.ru/media/id/5ee607d87036ec19360e810c/vtorosortnoe-iskusstvo-5f1aede097ccdf27545b2599

На главную
страницу сайта
Откликнуться
(art-otkrytie@narod.ru)