Художественный смысл – место на Синусоиде идеалов

С. Воложин.

Магритт. Жизнь человеческая. Империя света.

Художественный смысл.

Что выражает неопределённое волнение, которое вы переживаете, поняв, что белая вертикаль – это торец подрамника картины, обтянутого белым, незагрунтованным и незакрашенным холстом? Оно, будучи осознано, выражает тривиальное, утраченное смятённым общественным сознанием. А именно: ориентироваться в действительности – можно!

 

Сюрреализм по форме, но реализм по сути.

 

Мои картины — не сны усыпляющие, а сны пробуждающие.

Магритт.

Для начала договоримся о понятиях. Я предлагаю считать реализмом то, что общество ещё не знает, а художник заметил.

Если б я был художник, я б, может, создал бы художественное произведение с художественным смыслом таким же, как у Магритта в картине "Жизнь человеческая" (1934).

Что б я взял материалом? Например, один свой прокол. У меня есть предвзятость (по отношению к оранжевым, как я их для себя называю; очень грубо говоря, - к тем, кто против правительства в России при Путине). Я с предвзятостью борюсь, но она есть и иногда себя проявляет. Например, в невнимательности при чтении.

Читая такой текст:

“В этом смысле Россия уже утратила суверенитет над сотнями тысяч квадратных километров территории, которые залиты нефтью, заражены радиацией и прочими следами хозяйственной и военной деятельности; при этом, как известно, хрупкая природа Арктики восстанавливается не годами, а столетиями. Новая Земля с ее радиационным фоном или остров Врангеля с сотнями тысяч разлившихся бочек топлива обозначены на карте как российская территория; по факту они на обозримое будущее потеряны и для России, и для всего человечества. На этих суверенных территориях произошла глобальная экологическая катастрофа” (http://www.forbes.ru/mneniya-column/tsennosti/245761-zapovednaya-territoriya-arktiku-nuzhno-spasti-ot-korporatsii-i-gosud),

– я не заметил слов “На этих суверенных территориях”. И, в слепой ярости на автора, подумал, что, случись глобальная экологическая катастрофа, лично я б уже не жил и не читал этого Сергея Медведева.

Но меня одёрнули. Я осознал свою предвзятость. Но не очень огорчился. Я всё же по большому счёту был прав относительно Сергея Медведева. Вредный для России он человек. Предложил отторгнуть от России в пользу ООН такой лакомый кусок. Пусть я и ошибся по малому счёту (с пониманием одной фразы).

Повторяю, это б я предложил как материал для меня-художника, если б я был художник. То есть не умел бы остро мыслить и умел бы невнятность выражать, т.е. пользоваться противоречиями.

А материал не есть художественный смысл.

Вот какую невнятицу написал Магритт о своей картине:

“Перед окном, которое мы видим изнутри комнаты, я поместил картину, изображающую как раз ту часть ландшафта, которую она закрывает. Таким образом, дерево на картине заслоняет дерево, стоящее за ним снаружи. Для зрителя дерево одновременно находится внутри комнаты на картине и снаружи в реальном ландшафте. Именно так мы видим мир. Мы видим его вне нас и в то же самое время видим его представление внутри себя. Таким же образом мы иногда помещаем в прошлом то, что происходит в настоящем. Тем самым время и пространство освобождаются от того тривиального смысла, которым их наделяет обыденное сознание” (http://arttower.ru/tutorial/index.php?showtopic=19305).

Словами Магритт натягивает, будто он сюрреалист. (В переводе это сверхреализм, а в претензиях сюрреалистов – “бесконтрольное воспроизведение сознания и особенно подсознания и - как следствие - породившее причудливо-искаженные сочетания и сращения реальных и нереальных предметов” - по толковому словарю русского языка Ефремовой.)

Наверно, есть другие определения. Интересно, что данное дезавуирует сюрреалистические претензии Магритта. В самом деле, ничего нереального в картине просто нет. Стоит в комнате подрамник, на нём картина, за ними окно, за окном пейзаж, повторённый картиной. Наверно, повторённый. Строго говоря, мы не знаем, то ли за картиной, что на картине. Но по большому счёту (зная, что часто пейзажисты срисовывают то, что видят их глаза) мы не ошибёмся, если сочтём, что за картиной, в общем, то же, что и на картине.

Считается пережитком, мифологическим сознанием – считать, что, если нечто следует за чем-то, то это что-то есть причина того нечто. Тем не менее, практически оно чаще и бывает именно так, чем не так.

Да наше восприятие отличается от действительности. На картине (если считать её нашим восприятием, думая, что удалось, что воспринять, то и нарисовать), - на картине действительно голубое небо чуть светлей, трава чуть матовей, чем за окном. Но по большому, повторяю, счёту – то же. Мы – верно ориентируемся в жизни, как правило. И когда в мире творится чёрт знает что и можно голову потерять, да и теряет её большинство (например, за год до создания этой картины в соседней с Бельгией стране, Германии, пришёл к власти её спаситель, - спаситель, если б не счёл остальной мир, и Бельгию чуть не в первую очередь, пожи`вой для своей страны), - тогда является открытием для потерявших голову, что ориентироваться всё же можно, и спаситель будет губитель. А это и есть реализм.

Но вот вопрос: содержит ли найденная художником неожиданность противоречие?

Живописное произведение в норме не создаёт впечатление, что оно реальность. А тут – создало. Норма столкнулась с противоположным конкретным случаем. – Противоречие есть!

Так есть ли неординарность всего лишь образом не“тривиального смысла”? Или – наоборот – не есть ли то, что якобы выражает образ, тем, что выражает неопределённое волнение, которое вы переживаете, поняв, что белая вертикаль – это торец подрамника картины, обтянутого белым, незагрунтованным и незакрашенным холстом? Вдруг неопределённое волнение, будучи осознано, выражает как раз тривиальное, утраченное смятённым общественным сознанием. А именно: ориентироваться в действительности – можно!

Даже и зная теорию Выготского о художественности, трудно сделать вышеприведённый вывод.

Смотрите:

Империя света. 1954.

“Дом на берегу небольшого озера прячется в тени раскидистых деревьев. Уютным светом горят окошки на втором этаже, одинокий фонарь дарит свой дружелюбный свет путнику, который мог бы оказаться здесь темной ночью. Казалось бы — обычный, вполне реалистический ноктюрн. Такой под силу написать любому “традиционному” художнику.

Но верно ли это? Почему же тогда возникает смутное беспокойство, заставляющее зрителя все пристальнее вглядываться в картину? Эта тревога не оставит до тех пор, пока не станет вдруг ясно — небо, вот в чем дело! Голубое небо, по которому весело бегут белые пушистые облака. И это глубокой ночью! Только не спрашивайте, как это возможно, — ведь в мире Магритта ничего невозможного нет. Как никто другой, этот художник любит соединять несоединимое, вводить в свои картины детали, так резко контрастирующие друг с другом, что зритель сначала испытывает легкий шок, но зато потом разум его начинает работать вдвойне интенсивнее, пытаясь найти решение предложенной шарады.

У выдающегося русского психолога Льва Выготского есть термин “противочувствие”, обозначающий столкновение двух противоположностей, несоответствие между формой и содержанием, щекочущее нервы и обостряющее восприятие. Именно из этого конфликта возникает состояние, которое древние греки называли “катарсис” — очищение и возвышение души. Похоже, что искусство Магритта тоже обладает этим свойством” (http://magritte-rene.livejournal.com/4798.html).

Автор не только извратил Выготского (у того слово “катарсис”, в отличие от аристотелевского “очищение”, т.е. ноль эмоций, значит “возвышение души”, т.е. совсем не ноль), поставив через союз “и” противоположные для Выготского понятия, но и просто ушёл от раскрытия содержания катарсиса, который не ноль.

Так же, собственно, делал и Выготский в своей книге "Психология искусства". Лишь одно он сделал исключение - для готического собора.

Но значит ли это, что и искусствоведам надо уходить от раскрытия?

Выготский-то был психолог. Его открытие было в области естествознания: столкновение противочувствий от противоречий "текста" рождает катарсис. Противочувствия - осознаваемы. Вот о них Выготский и разрешал себе говорить: Стрекоза Крылова - очаровательная безрассудность, Муравей Крылова - скучная рассудительность. А вот что есть результат столкновения - материя подсознательная. Как психолог Выготский не мог себе позволить подсознательное расшифровывать: дескать, это мудрость, и она в том, чтоб соединять несоединимое.

Но это должен делать искусствовед.

А дата создания, биография, словесные высказывания – вспомогательный материал искусствоведу.

Скажем, “Империя света”… Создана через год после смерти Сталина, владыки полумира, суперимперии. (Как и “Жизнь человеческая” - через год после пришествия к власти Гитлера.) За год можно чуткому человеку, каким и является художник, почуять, к чему поворачивает история. И если при Сталине, с точки зрения Магритта, большинство в его стране было задурено следованием по тупиковому историческому пути, то после его смерти можно было почувствовать, что курс начинает меняться. К норме. К капитализму. Что и случилось. А это и есть реализм. И осознание этого есть осознание того подсознательного, что справедливо названо вышецитированным автором как катарсис и как “щекочущее нервы”.

10 мая 2014 г.

Натания. Израиль.

Впервые опубликовано по адресу

http://www.pereplet.ru/volozhin/219.html#219

На главную
страницу сайта
Откликнуться
(art-otkrytie@narod.ru)