С. Воложин.

Карас. Хороший мальчик.

Нехудожественный смысл.

Ну что поделаешь, мол, жизнь, какая есть, такая есть.

 

Принудиловка?

Вообще-то я брался открывать скрытый смысл художественных произведений. Потом я всё больше впадал в экстремизм. И сейчас нахожусь в стадии, когда художественным считаю только то, что приводит меня в состояние, не понимаемое самим собой (слово “понимаемое”, наверно, не самое лучшее). Я, в общем, стал считать, что художественно только то, что несёт в своём “тексте” следы подсознательного идеала автора. Таких произведений оказалось или на самом деле, или из-за моей некомпетентности – мало. И я принялся раз за разом хотя бы развенчивать то, что представилось мне нехудожественным. Принудиловка некая – писать о непонравившейся вещи. Но. Может, страсть отвержения меня оправдает?

Кино Оксаны Карас “Хороший мальчик” (2016) – такой (нехудожественный) фильм.

Она совершенно осознаёт свой идеал: ну что поделаешь, мол, жизнь, какая есть, такая есть.

Что идеал (если можно такое принять за идеал) именно осознаваем, говорит и выбор слогана для фильма: “Вырастешь – поймешь!”.

Колю, идеалиста по молодости лет, жизнь осаживает и, понимай, заставляет снизить высоту полёта своих требований к себе и людям.

Но плохо не только то, что эту мораль выводишь совершенно без труда, а ещё и то, что сплошь не веришь эпизодам.

(Ну, или это я такой идеалист сам, что не могу понять людей-неидеалистов. И молчать бы мне в тряпочку.)

Так предположим, что я – обычный человек, не принимающий халтуру…

Во-первых, девятиклассник Коля Смирнов по своему физическому облику не той стати, чтоб он нравился существам противоположного пола. Бросившие на него глаз и учительница Алиса Денисовна, и дочка директора школы десятиклассница Ксюша выше его ростом. Как мне верить, что на такого может обратить внимание девушка или женщина?

 

Про женщин, правда, слышно, что мужская красота им не так важна. Но всё-таки представить, что молодые женщины, одна за другой, могут сойтись с таким боровом по любви…

Где тот Станиславский?!?

Я б мог поверить, если принять, что всё-всё-всё в фильме – сексуально напряжено, а не просто школа тут. Для создания такой атмосферы режиссёр, вообще-то старается. Начиная с заставки студийской на первых секундах: там трясёт грудями какая-то красотка.

Для того же введён танцевальный кружок с, так сказать, грязными танцами.

Впрочем, стоп-кадрами я не впечатлю моего читателя.

Карас, впрочем, своих зрителей впечатлила – массу премий фильм получил. Или не было в жюри такого Станиславского, который бы крикнул: "Не верю!"… Или в этих кругах уже принято, что нечего добиваться психологической достоверности. Просто нужно обозначить, у кого с кем по сюжету должно быть это самое – и всё. Как в том анекдоте: “"Номер шесть". – Общий хохот. – “"Номер два". – Общий хохот. – "Номер три". – "Штраф, штраф! Неприличных анекдотов, мы договорились, не рассказывать"”.

Наверно, верно второе. Вкупе с секс-напряжённостью, введённой в сам жанр комедии. Есть такая либеральная мода, знаете ли, с использованием окон Овертона (http://whatisgood.ru/theory/media/okno-overtona-kakie-idei-proxodyat-pervye-stadii-vnedreniya/). Постепенно можно ввести в норму секс в школе, совращение учителями учеников, вторую семью и т.д. и т.д.

16 декабря 2016 г.

Натания. Израиль.

Впервые опубликовано по адресу

http://www.pereplet.ru/volozhin/445.html#445

На главную
страницу сайта
Откликнуться
(art-otkrytie@narod.ru)