Художественный смысл – место на Синусоиде идеалов

С. Воложин.

Ян ван Эйк. Мадонна каноника ван дер Пале.

Художественный смысл.

У каноника, может, и есть что святое за душой, пусть и отличающееся от канонического; у всех пусть и есть каноническое – метафизическая взаимосвязь всего со всем. – Но нет ни того, ни другого у художника.

 

Столкновение и его результат.

Смотрим на картину.

Ян ван Эйк. Мадонна каноника ван дер Пале. 1436.

http://smallbay.ru/article/van_eyck2.html

А теперь сравниваем, как по-разному об этой картине пишут.

для средневекового художника решающим было прежде всего внутреннее единство и замкнутость покоящегося на абсолютных духовных ценностях мировоззрения. Оно сохранялось в силе и тогда, когда новый натурализм находился уже в полном цвету. Разве оно потеряло что-либо в “Мадонне каноника ван дер Пале”? В старой нидерландской картине мы стоим рядом со всеми этими великолепными, добросовестно переданными с натуры деталями и все-таки мы видим их как бы издалека, с какой-то высокой башни, которая поднимается над естественной значимостью и функцией отдельных элементов изображения. Последние предстают лишь как сумма метафизической взаимосвязи.

художник превратил донатора в едва ли не главное лицо композиции. Коленопреклоненный ван дер Пале господствует в картине. К нему обращены и Мария и святой Домициан, его грузная фигура в белом облачении привлекает наше внимание, и изящный патрон каноника — святой Георгий, приветливо приподняв шлем, представляет его мадонне. Тот же, сняв очки и заложив пальцем нужные страницы молитвенника, поднял угрюмый, тяжелый размышляющий взор. Он не созерцает, а размышляет. И в этой перестановке акцента с обращенности человека в мир на его погруженность в себя — предварение последующих тенденций нидерландского искусства.

Из-за того, что материалом является всё-таки религиозное и что слева – слова великого Макса Дворжака, я соглашаюсь* признать, что в картине существует и религиозное (левый текст) и антирелигиозное (правый текст). Причём справа – именно антирелигиозное. Ведь кто? – всего лишь заказчиком картины является каноник. А смотрите, как он себя ведёт пред кем? – перед Мадонной! У него, видите ли, мысли по поводу Священного Писания. Его оторвали. Он заложил пальцами книгу. Он не здесь. Он, очки сняв, что? – не хочет взглянуть даже на Мадонну? – Бунт на корабле!..

И всё в порядке. Ян ван Эйк просто выразил своё подсознательное, - как всюду и всегда делают художники, - противоречиями. У каноника, может, и есть что святое за душой, пусть и отличающееся от канонического; у всех пусть и есть каноническое – метафизическая взаимосвязь всего со всем. – Но нет ни того, ни другого у художника. Ян ван Эйк – пофигист средневековья!

Если идеалы повторяются в веках, то почему б их вдруг отсутствию не повторяться тоже?

9 марта 2014 г.

Натания. Израиль.

Впервые опубликовано по адресу

http://www.pereplet.ru/volozhin/206.html#206

* - Это слабо: авторитет Дворжака и религиозность темы. Нужно что-то побольше для “метафизической взаимосвязи”.

- Верно. Тот же Дворжак в другом месте своего труда это “больше” даёт:

“всякое психическое и физическое переживание сведено до минимума” (С. 242).

И правда, именно этот минимум мы и видим на лицах Иисуса, Домициана, Марии, Георгия. Когда-то бывало ещё меньше.

Естественно, что оппозиция “метафизической взаимосвязи”, ван дер Пале, наоброт - предельно полна психического.

13.03.2014 г.

На главную
страницу сайта
Откликнуться
(art-otkrytie@narod.ru)