Художественный смысл – место на Синусоиде идеалов

С. Воложин

Давид. Портрет Жюльетты Рекамье.

Художественный смысл.

Сдерживание чувственности (линией в пику цвету) ради гармонии низкого и высокого.

 

Есть этика счастья, а есть этика долга

Надеюсь, что хоть я и начинаю всегда с себя, что я в себе нахожу всё-таки объективное картины, а не остаюсь в субъективности.

С улыбкой вспоминаю, время, когда я женихался к своей будущей жене. Она мне рассказала, как ахнули её сослуживицы, когда услышали от неё, что я, её жених, произнёс ей слова, вынесенные в заглавие. Они сказали ей: “Слу-у-ушай! Ты не должна упустить такого парня!”

И вот мне захотелось сегодня обратить внимание на торможение чувственности при вдохновении идеалом гармонии низкого и высокого в стиле неоклассицизма. Торможение выражалось в приоритете линии над цветом (более связанном с эмоциями) и в сведении композиции к ясному построению, например, к тайной диагонали.

Захотелось от возмущения формалистским уклоном у Костыри. Он обнаруживает происхождение некоторых элементов картины Давида,

Давид. Портрет Жюльетты Рекамье. 1800.

отступающих от подготовительного этюда маслом,

путём заимствования у другого неоклассициста.

Костыря пишет, что "модель обнажена, не должно нас настораживать, ибо привычный метод художника (восходящий к Рафаэлю) состоял в том, что Давид очень часто вначале разрабатывал композицию с обнаженными фигурами, которые затем “одевал” в законченном произведении”.

Мне не нравится такой упор на технику. Представляется, что приём вполне может быть возвышен до выражения высоковозрожденческого идеала гармонии низкого и высокого. Чувство тела выражает низкое, одежда – высокое. Но фокус в том, что вокруг Давида всё гремело тогда, и он хотел ослабить чувства. И сосед по неоклассицизму, Флаксман, его подтолкнул.

"При внимательном рассмотрении оказывается, что формы светильника и скамеечки для ног из портрета мадам Рекамье полностью повторяют формы этих предметов из иллюстрации No 23 все к той же “Одиссее” — “Эвриклея, узнающая Одиссея по шраму на ноге”” (Костыря).

Флаксман. Эвриклея, узнающая Одиссея по шраму на ноге.

"…имеет несомненную связь с иллюстрацией Флаксмана No 5 к “Одиссее”, на которой изображена Пенелопа с являющейся ей во сне богиней Афиной… под впечатлением от сцены “Сон Пенелопы” Давид мог найти важнейшие композиционные элементы портрета мадам Рекамье. Светильник перемещается влево, в силу чего композиционная структура картины приобретает ярко выраженную диагональ. Изменяется сам характер пространственного построения полотна: по сравнению с этюдом из Булони кушетка с моделью переносится с первого плана на второй, общая композиция наполняется воздухом, становится более свободной. С помощью пустого пространства Давид подчеркивает роль силуэта, линейное начало в композиции” (Там же).

Флаксман. Сон Пенелопы. Гравюра Томазо Пиролли. 1793.

И из этого сделан вывод:

"Таким образом, композиция портрета мадам Рекамье представляется плодом своеобразного “сотрудничества” двух известнейших мастеров неоклассицизма — рисовальщика Флаксмана и живописца Давида. При этом нужно подчеркнуть, что, найдя близкие ему по духу композиционные элементы в работах Флаксмана, Давид в результате обобщения пришел к новому высокому синтезу, позволившему создать один из выдающихся портретов мировой живописи” (Там же).

И совершенно умалчивается о том духовном (сдерживании чувственности), которое достигается линейным началом, выпячиванием роли силуэта, строгостью диагонали.

А в 1800 году это уже после Великой Французской революции и потёкших реках крови, после того, как чуть не казнили самого Давида (он еле доказал, что не причастен к казням).

15 сентября 2022 г.

Натания. Израиль.

Впервые опубликовано по адресу

https://dzen.ru/a/YyN4r_d4VWPNplEg

 

На главную
страницу сайта
Откликнуться
(art-otkrytie@yandex.ru)